20:57 

Отблески полуночи. Глава 7

Кайллин
Она была хороша, словно сон. Но, твою мать, она это... ОН?

От отчаяния, захлестнувшего душу Джинн не находила себе места. Вампирша уже битый час сидела у себя в номере не в силах пошевелиться. Обвиняющий ледяной голос Эйнара все еще звучал у нее в ушах, заставляя снова и снова содрогаться от ужаса содеянного.
Взгляд ее метнулся от окна, все также плотно зашторенного тяжелыми занавесями, к кровати, где еще всего несколько часов назад лежал Кай. Пушистый, едва примятый местами плед все еще хранил тепло его тела, а запах крови сладким дурманом витал в воздухе. Она взглянула на засохшее пятно крови на полу. Неровные края растекшейся лужицы словно вопили о совершенном злодеянии, служа самым ярким доказательством ее виновности.
Непролитые слезы горным хрусталем блестели в глазах, противный комок застрял в горле. От безысходности и собственного бессилия Джинн просто сходила с ума. Впервые за много лет она не знала что делать. Груз содеянного тяжелым камнем лежал на сердце, затягивая ее все глубже и глубже в ледяную пучину отчаяния. Девушка вдруг ощутила желание завыть в голос или совершить нечто безрассудное; опасная близость безумия вновь ворвалась в ее жизнь. Балансируя на тонкой грани безрассудства и моральных устоев жизни, веками сложившихся уставов клана, Джинн подтянула колени к груди и, обхватив их руками, сфокусировала свой взгляд на одной точке. Вдох… Выдох… Она словно заново училась дышать, заставляя себя мыслить трезво, оценивая каждый шаг.
Девушка просто не могла поверить в то, что Кая больше нет. Еще совсем недавно он шутил над ее прямотой и неуступчивостью, обижаясь на колкости и язвительные реплики, заставляя своей наивной улыбкой биться мертвое сердце вампирши.
Сознание, словно создавая защитный барьер, блокировало ужасные воспоминания о неподвижном безжизненном теле парня и смерти, наложившей свой отпечаток на его лицо. На смену им приходили его улыбающиеся глаза цвета теплого гречишного меда, искрящиеся беззаботностью и радостью, забавные ямочки на щеках, появляющиеся каждый раз, стоило хотя бы легкой тени улыбки коснуться его красивых губ.
Пытаясь воспроизвести в памяти события последнего дня, в воспаленное сознание Джинн неожиданно вторглась мысль о том, что за эти несколько часов после ухода Эйнара, унесшего тело Кая из ее номера, она ни разу не вспоминала о Дейджере. Судьба мага, поиски которого вот уже несколько веков были смыслом всей ее жизни, больше не волновала девушку. Теперь, без Кая, ее дальнейшая жизнь утратила всякий смысл.
– Я не жила… Я просто существовала без него все эти годы. А теперь его больше нет. – С горечью прошептала она, ощущая пугающую пустоту внутри.
Кай, этот наивный паренек с добрыми глазами, пытающийся найти что-то положительное в каждой, даже самой унылой и безысходной ситуации, глядящий на суровые будни жизни с открытой и детской непосредственностью, смог разрушить высокие неприступные стены, которыми оградила себя Джинн, смог достучаться до ее мертвого для любви сердца, вдохнуть в него новую жизнь и заставить биться быстрее. А теперь его нет…
Джинн что есть силы сжала виски руками. Не в силах больше находиться в этих стенах, где все напоминало ей о том, что она натворила, девушка заметалась по комнате, опрокинув встретившийся на ее пути стул. Поддев его ногой, вампирша пнула ни в чем не повинный предмет мебели и тот, жалобно скрипнув, отлетел в другой конец номера.

***

В голове у Кая все перепуталось. Все смешалось, кошмар забытья и пробуждение; перед его глазами стояла подвешенная над ним бутыль с кровью, какие-то странные трубки тянулись из его ноздрей вниз по шее, чьи-то руки что-то трогали, проверяли. Все тело болело, Кай беспрестанно звал Джинн, шептал в забытье ее имя.
– Джин пожалуйста… – стонал он, – не умирай… не покидай меня!
В какой-то момент ему показалось, будто среди прочих лиц, мелькавших перед его глазами, он увидел склоненное над ним лицо Эйнара, бледное, потерянное.
– Эйнар?
– Я здесь Кай. Я рядом!
– Не позволяй им забрать мою Джинн! Спаси ее…
– Не позволю! – Сжав зубы, ответил Эйнар, но голос его был слаб, как и у Кая.
Потом Кай опять провалился в темноту. Ему казалось, что он парит под самым потолком, и с высоты видит себя. Он внимательно осматривал свое тело, лежащее на постели; он был ужасно бледен, весь в белом, только бутыль с кровью и его темные волосы выделялись на фоне этой белизны.
«Какая у меня ужасная прическа», – возмущенно подумал Кай, – «куда смотрят мой стилист и парикмахер? Я их уволю к такой-то матери!»
Вокруг кровати стояли какие-то странные приборы, капельница. Кай рассеянно осмотрелся по сторонам, и увидела Андерса, сидевшего на стуле возле его кровати: он сплел свои пальцы и, положив на них подбородок, не сводил глаз с лица Кая.
Кай стал окликать друга по имени, но тот его не слышал. Тогда, отчаявшись, он перевел взгляд с безмолвного Андерса на Фредрика, сидящего прямо на полу. Блондин немигающим взглядом смотрела на кровать Кая и, казалось, превратился в мраморное изваяние.
– Фред! Фред! Это я! – Подбежал к нему Кай и стал теребить за рукав пестрой рубашки.
Фред вздрогнул от его прикосновения, но ничего не ответил. Кай наклонился поближе и заглянул ему в глаза. И только тут он увидел, что Фред плачет, слезы стекая по его щекам, падали ему на руки, но он просто не обращал внимания на такие мелочи. Его глаза, обычно такие веселые и озорные, были полны боли и отчаяния. Кай еще раз дернул паренька за рукав, но на этот раз никакой реакции. И тогда он понял, что ему нужно вернуться, нужно открыть глаза и проснуться, чтобы его друзья увидели, что он жив и перестали плакать.
Кто-то просил его открыть глаза. Мужской голос, глубокий, знакомый, требующий и просящий. Он не мог ответить, хотя и хотел.
Он не знал, сколько времени проспал. Не сознавая, где находится, что с ним происходит, он упорно двигалась навстречу звучащему голосу, помогающему ему сбросить черное покрывало, окутывающее сознание.
Он, наконец, начал что-то чувствовать. Во рту было сухо, очень хотелось пить. Слепящий свет резанул его по глазам, стоило Каю едва приоткрыть веки. Первый, кого он увидел, был Эйнар, склонившийся над ним. Сердце сжалось при виде боли и отчаяния, написанных на этом, обычно безразличном и холодном лице. Глаза потемнели, под ними виднелись темные круги.
– Эйнар… – тихо прошептал Кай, – я тебя умоляю, если будешь реветь – постарайся не заляпать меня соплями.
– Кай, ну, слава Богу! – с облегчением проговорил парень. – Фред, Андерс! Он очнулся!
Фредрик с радостным визгом бросился к кровати и принялся тискать лежащего на ней Кая в своих объятиях.
– Ты что совсем с ума сошел? – Прорычал Андерс и, схватив привычным движением Фреда за шиворот, оттащил его от Кая. – Ему сейчас нужен полный покой. И, кроме того, ты ведь такой неуклюжий как медведь! Чуть не повыдергивал все трубки.
– Подумаешь, – небрежно отмахнулся Фредрик, не сводя радостных глаз с Кая, – как повыдергиваю, так и назад вставлю. Главное, что он снова с нами… Родненький ты мой! – Вдруг заголосил Фред. – Что ж ты со мной сделал? На кого ты меня решил покинуть? А все она! Эта змея подколодная! Говорил я тебе, она тебя погубит. А ты не слушал меня и вот…
– Погоди, – устало перебил голосившего Фредрика Кай, – ты говоришь о Джинн? Где она? Что с ней?
– Нет, вы только посмотрите на него! – Возмутился блондин. – Ты еще и переживаешь о ней. Она ведь с тебя чуть всю кровь не высосала. Разве ты не помнишь? Почему ты не сказал нам, что она вампир?
– Кровь? – Удивленно переспросил Кай. – Погоди, откуда ты узнал? Кто тебе сказал?
– Я сказал, – устало проговорил Эйнар, – ты ведь не будешь отрицать, что это правда?
– Нет, не буду. И если честно, я догадывался о том, что ты знаешь кто она такая. Но какого лешего ты ему все рассказал? – Кай кивнул головой в сторону Фредрика. Блондин возмущенно засопел и показал язык.
Маска безразличия на лице Эйнара сменилась раздражительностью и гневом.
– Ты.. ты просто не понимаешь…
– Где уж мне. – Устало вздохнул Кай. В голове мелькнула мысль о том, что нечто похожее ему когда-то говорила и Джинн.
От дальнейших объяснений Эйнара спас вмешавшийся в разговор Андерс.
– Кай, я же твой лучший друг, а ты не посчитал нужным поделиться даже со мной. А если бы она тебя убила, как и планировала? Мы уж думали, что ты так и не придешь в себя…
– Андерс, я… – он не мог вынести обвиняющего взгляда, брошенного на него Андерсом, – я не мог. Это сложно. Да и поверил бы ты мне?
«Кстати, а Эйнару поверили… Чем же он их так убедил?»
– Вы ничего не понимаете, – с внезапной решительностью продолжил Кай, – все было совсем не так. Она умирала и я сам отдал ей свою кровь. Добровольно!
– Ты точно сумасшедший! – Визгнул Фредрик. – И как я только мог полюбить такого как ты?
– Фред, замолкни! – Рявкнул вдруг Эйнар. – Ты как ребенок. Я знаю, что когда узнаешь о таинственных существах ночи, об этой неизвестной стороне жизни, то это сводит с ума, затягивает тебя, заставляет совершать необдуманные поступки. Но Кай! Ты же всегда был здравомыслящим человеком! Как ты мог так потерять голову? Ты бы видел себя, когда я оторвал ее от твоего бездыханного тела… Научным языком, трупа! У тебя был такой вид, что в гроб краше кладут.
Вся троица притихла, осознавая, что Эйнар впервые в жизни должно быть разразился такой гневной и продолжительной тирадой, что было необычно для такого молчаливого и сдержанного человека.
– А сам то ты откуда…
– Все точка! – Вдруг вмешался Андерс, пребывающий в легком шоке от краткой лекции Эйнара. – Тебе надо отдыхать. Мы сейчас уйдем и вернемся позже и вот тогда поговорим. Не знаю и знать не хочу, что тебя связывает с этой барышней, но думаю, что Эйнар прав. И для тебя же будет лучше, если ты ее больше не увидишь. В коридоре дежурит охрана, на случай, если у нее хватит наглости сунуться сюда.
– Нет, послушайте! – Дернулся в отчаянии Кай, пытаясь оторвать голову с подушки. – А, плевать!
Он прикрыл глаза и снова опустился на кровать, давая понять, что разговор закончен.
Эйнар неодобрительно покачал головой и молча покинул палату. Андерс, все еще держа обиду на друга, потрепал его по плечу и направился вслед за товарищем. Но пройдя пару шагов он обернулся и, увидев, что Фред стоит все в той же позе у кровати Кая и не сводит с того тоскливого взгляда, вернулся и, схватив блондина за руку, выволок его из палаты.
Кай попытался было приподнять руку, чтобы помахать друзьям на прощанье, но на это ему уже не хватило сил. Он закрыл глаза и, глубоко вздохнув, провалился в глубокий целительный сон.

***


Больницы. Унылые, жуткие места, со всех закоулков которых до чуткого уха вампирши доносились миллиарды звуков: от отвратительного капающего звука капельниц до отрывистого угасающего дыхания из реанимации, расположенной судя по звукам на втором этаже. Джинн ненавидела больницы...
Автоматические двери услужливо распахнулись перед девушкой, и в ноздри ударил тошнотворный запах медикаментов, смешанный с кровью. Он был везде, им пропитались бледные стены, выкрашенные в светло-салатовый цвет, он, словно кислота, въелся в пластик и ткань невзрачной мебели, и казалось, просачивался в поры ее кожи. Это был запах смерти, запах отравленной болезнью крови и страданий. Чуткий слух Джинн улавливал стоны, сочившиеся сквозь двери в палатах, они сливались в жуткий хор в ее сознании, сплетаясь с писком аппаратуры и сдавленным шепотом медперсонала. Девушка перестала дышать, пытаясь закрыть свое сознание, выталкивая эту ядовитую массу из своей головы.
Оказавшись в приемном покое, Джинн огляделась. Несколько медсестер за стойкой регистрации склонили головы над бумагами, о чем-то негромко споря. На девушку никто не обращал внимания. Она потерла пальцами переносицу, пытаясь справиться с тошнотворным запахом и отвести наступающее безумие.
Она понимала, что существовал совсем крошечный, ничтожный шанс, что Кай жив. Возможно, он сейчас лежит в одной из палат на втором этаже и умирает в ее отсутствие. Эта мысль сводила девушку с ума, как и собственная беспомощность.
«Если бы только я могла оказаться рядом», – словно молитву повторяла она, – «я бы вдохнула в него жизнь, спасла его».
За окном сгустились сумерки, но девушка ничего не замечала. Зажглись автоматически включаемые огни паркинга. Редкие машины, мелькавшие за окном, отбрасывали блики света на оконные стекла включенными фарами. А Джинн все также неподвижно стояла на одном месте, не решаясь подняться наверх. Слушая сплетни и пересуды скучающих медсестер, она узнала о том, что утром им доставили одного музыканта в очень критическом состоянии и врачи несколько мучительных часов боролись за его жизнь.
Кабина больничного лифта с гудением распахнулась и оттуда вышла еще одна медсестра.
– Молли, тебя вызывал доктор Браун. – Обратилась к новоприбывшей одна из девушек за регистрационной стойкой.
– Что ему снова понадобилось? – Проворчала Молли. – Я же закончила свою смену полчаса назад. Девочки, если увидите его, скажите, что вы меня не нашли.
Помахав на прощание коллегам, медсестра скрылась в подсобке и спустя несколько минут вышла оттуда уже в обычной одежде. Джинн жадно проводила взглядом женщину до выхода из больницы и бесшумной тенью скользнула в подсобку. Выйдя из каморки, девушка воровато огляделась по сторонам и потуже затянула на себе пояс медицинского халата Молли.
– Добрый вечер, миссис Дженкинс! – Учтиво кивнул ей вышедший из лифта санитар, уступая дорогу.
Джинн скосила глаза на бейдж с надписью «Маргарет Дженкинс», прикрепленный к халату, коротко кивнула мужчине в ответ и вошла в лифт. Прокрутив в уме информацию, которую ей удалось прочесть в журнале регистрации, девушка нажала на кнопку нужного ей этажа.
Выйдя из лифта, она нерешительно огляделась. После ужасных, мучительных часов ожидания девушка неожиданно растерялась, не зная, что сказать Каю при встрече.
«Сперва к нему еще нужно попасть», – мелькнула у нее мысль при виде двух телохранителей, стоявших возле двери, ведущей в нужный ей коридор, – «и желательно без жертв».
Понаблюдав за охраной какое-то время, девушка наметила себе приблизительную смеху их действий. Скользнув за спину одному, она замерла, затаив дыхание. Едва мужчина сделал шаг, девушка плавно ушла в сторону, переходя за спину второму охраннику. Остался еще один – и она у желанной цели. Обойдя последнего секьюрити, Джинн осторожно повернула дверную ручку и пробралась внутрь, тихо прикрыв за собой дверь.
– Думала, я не учел возможность твоего появления здесь? – Раздался ледяной голос и из тени вышел Эйнар. Его серые глаза с ненавистью глядели на девушку.
Джинн растерялась от неожиданности, но тут же взяла себя в руки и негромко проговорила:
– Мне плевать, что тебе нужно. Просто дай пройти.
– Нет.
Эйнар сделал шаг навстречу девушке, преграждая вход в палату. Во всем его облике угадывалась дикая, животная энергия.
– Послушай, я знаю, что виновата, но мне нужно его увидеть, – настаивала на своем Джинн. – Да кто ты такой, чтобы я оправдывалась перед тобой?
– Я тот, кто не пустит тебя. – Губы парня растянулись в какой-то зловещей усмешке.
Джинн окинула его взглядом, в который раз гадая, кто же он. От Эйнара исходила волна пугающей, незнакомой ей силы.
– Ты знаешь кто я, – это был скорее вопрос, чем утверждение. Глядя в его насмехающиеся глаза, девушка продолжила, – думаю, невежливо с твоей стороны не представиться. Кто ты?
– Эйнар. – Нехотя сказал парень. – Фамилия моя тебе тоже известна. Как я понимаю, ответ на свой вопрос тебе не нужен, ты хочешь всего лишь подтверждения твоих догадок. Но если ты узнала каким-то образом о моей фамилии, думаю, тебе известно кто я. Вернее будет сказать – чем я занимаюсь.
Взгляд девушки скользнул с его лица ниже, к груди. Ее внимание привлек небольшой серебряный медальон на длинной цепочке. Причудливое переплетение тонких деталей в сочетании со вставками из светлых камней придавали ему необычный вид. Присмотревшись повнимательнее, вампирша втянула носом воздух, пытаясь сдержать эмоции, рвущиеся наружу.
– Кровь… Там внутри капсула с кровью. Его кровью. Локсар… Выходи ты…
Эйнар насмешливо глядел за попытками девушки разгадать его секрет. Он демонстративно вздохнул и со скучающим выражением лица приоткрыл дверь.
– Тебе пора. Выход там.
– Я так не думаю, – усмехнулась Джинн и, протянув руку, резко сорвала медальон с шеи парня, – во всяком случае, не так быстро. Что… Он тебе нужен? – Ее дразнящий смех колокольчиком прозвучал в воздухе.
Глаза Эйнара полыхнули гневом. Теперь он ничем не напоминал безразличного холодного незнакомца, каким запомнила его Джинн. Это был опасный хищник, готовящийся к прыжку. Из горла его вырвалось рычание.
– Ты. Сейчас. Отдашь. Мне. Это. – Медленно проговаривая каждое слово, проговорил он, наступая на девушку.
Она смело встретила его взгляд и подняла цепочку с медальоном повыше, отступая назад.
– Да уж, я знаю как она дорога тебе, но в этот раз тебе придется уступить, или я… – Девушка сжала украшение в руке и глазами указала парню на дверь. – Я предлагаю сделку: я отдаю это тебе, а ты уходишь и даешь мне поговорить с Каем. Или… Или я уничтожу эту вещь, просто раздавлю ее, превращу в пыль вместе с последним напоминанием о великом короле.
– Ты не сделаешь этого. – Прошептал Эйнар, не сводя взгляда с руки девушки. Еще раз вздохнув, он на секунду прикрыл глаза и коротко кивнул. – Ладно, даю тебе мое слово. Сделка заключена.
Джинн подозрительно посмотрела на парня, не веря, что ее блеф сработал. Но его лицо было абсолютно серьезно, в нем не было ни тени намека на ложь. Девушка молча протянула ему украшение. Эйнар тут же надел его на шею и, ни слова не говоря, вышел из палаты.
Джинн задумчиво глядела ему вслед, понимая, что только что нажила в лице Эйнара опасного врага. Бросить вызов члену клана Ириарте, тому, кто с рождения уготована учесть стать охотником на нечисть, более того, угрожать уничтожить его амулет… Она понимала, что выиграла только сражение, а впереди война. Эйнар не из тех, кто просто так спустит нанесенное ему оскорбление. Девушка покачала головой, пытаясь припомнить все, что читала об амулетах-покровителях Ночных охотников, однако как она не копалась в закромах своей памяти, не могла найти ничего, кроме того, что амулет сам выбирает своего хозяина и его вешают на шею хозяину еще при рождении.
Внимание ее привлек негромкий шум за дверью, знакомое сердцебиение заставило Джинн разом выкинуть из головы все мрачные мысли и устремиться к тому, чье присутствие было сейчас ей необходимо как воздух.
«Если бы вампиры могли дышать». – Мрачно усмехнулась девушка, приоткрыв дверь.
Увиденная картина потрясла ее до глубины души. Его лицо было белее простыней, которыми была застелена больничная койка, оно почти не выделялось на фоне стен, выкрашенных в бледно-зеленый свет. Каштановые локоны Кая разметались по подушке, создавая резкий контраст с этой пугающей белизной. К нему было подключено множество трубочек и проводов. Девушка нерешительно подошла поближе, морщась от едкого запаха лекарств, повисшего в воздухе. Прислушиваясь к его сердцебиению, Джинн вдруг осознала, что этот звук стал для нее в последнее время чем-то волшебным, чарующим. Она могла вслушиваться в эту сладкую музыку вечно. Джинн дернулась от слова «вечность», барабанной дробью стучавшего в ее сознании и осторожно присела на краешек кровати. Какое-то время она сидела неподвижно, пристально вглядываясь в неподвижное лицо спящего парня, вновь и вновь отмечая каждую черточку на его безупречном лице. Кай дернулся во сне и едва слышно застонал. Девушка наклонилась к нему поближе, едва не задев длинную отводную трубку, связанную с емкостью, содержащей лекарство. Джинн потрясенно открыла рот, наблюдая, как прямо на ее глазах щеки Кая в одно мгновение порозовели, а лицо снова приобрело естественный цвет. Веки его затрепетали и парень широко распахнул глаза. Он несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать свой взгляд на склонившимся над ним человеком. Девушка улыбнулась, однако улыбка ее исчезла, сменившись выражением ужаса на лице. В глубине его глаз плескалось море огня. Яркий рубиновый огонек, разгораясь все больше, вспыхнул на секунду и тут же погас.
Джинн нервно сглотнула, увидев свое отражение в карих глазах, и попыталась улыбнуться.
«Чего только не привидится на нервной почве». – Девушка попыталась обуздать свои эмоции и взглянуть на ситуацию трезво, но радость, захлестнувшая ее от осознания того, что Кай жив, заставила откинуть далеко на задний план все сомнения.
– Мне, наверное, следует хорошенько отшлепать тебя, – притворно рассердилась Джинн, пряча улыбку, – за твой «акт самодеятельности». Игры со смертью это тебе не шуточки!
Кай широко улыбнулся в ответ, и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но от накатившей на него волны слабости, не мог выговорить ни слова. В отчаянии он прикрыл глаза и, ощутив прохладное прикосновение к своей щеке. С долей сомнения он поглядел на девушку и решился.
«Я люблю тебя… Боже, как я тебя люблю!»
Одно потрясение сменилось другим. Вампирша беззвучно раскрывала рот, словно рыба, вытащенная из воды. Все гневные слова, заготовленные ей, испарились в одно мгновение.
– Тебе это только кажется. – Отвернувшись, произнесла она.
«При мысли, что мы не будем вместе, что ты меня не любишь, мне не хочется жить…»
– Но ты же понимаешь, что это невозможно. Кто ты и кто я. Ты не можешь оставаться рядом со мной, это опасно. – Девушка обернулась и красноречиво посмотрела на капельницу.
«Это все не имеет значения». – Кай поднялся и выдернул иглу из вены, окидывая на пол все провода и трубки. – «Я все равно тебя люблю»
– Ты под действием лекарств и просто не понимаешь, что говоришь, – зацепилась за спасительную ниточку Джинн, хотя в груди ее все сжалось от переполнявших ее чувств, – ты не знаешь, что такое любовь.
«А ты знаешь?»
– Это не может быть любовь, – настаивала на своем она, – просто не может и все. Юношеская влюбленность, страсть… но не любовь.
– Ты сама то в это веришь? – Насмешливо спросил он.
Джинн не ответила. Встав с кровати, девушка нервно провела рукой по белоснежной простыне, разглаживая складки. Раздался легкий шорох, едва ощутимое дуновение ветра, всколыхнуло волосы девушки. Она рассержено закинула за спину непослушные локоны, как вдруг чья-то рука нежно прикоснулась к ее шее. Девушка замерла, краем глаза посмотрев на койку. Там было пусто, лишь смятые простыни служили доказательством того, что всего секунду назад там лежал Кай.
– Ты.. как ты?
– Тихо. Ничего не говори. – Тихо прошептал он, не дав ей обернуться.
Он осторожно убрал локоны девушки, пригладив их руками. Ощутив его дыхание на своей обнаженной шее, по коже Джинн пробежали мурашки.
– Собираешься укусить? – Ехидно осведомилась она, пытаясь скрыть за колкостью свою растерянность. – Плохо прицеливаешься.
Внезапно Кай схватил ее за плечи и повернул лицом к себе.
«Скажи, что ты чувствуешь ко мне, не молчи». – Он с ожиданием смотрел на нее, в его взгляде плескалась нежность и в тоже время растерянность.
«Когда я думала, что убила тебя, что ты умер… мне не хотелось жить. Я думала, что потеряла часть своей души… Если у вампира может быть душа».
– Для начала неплохо. Значит, ты все-таки что-то ко мне чувствуешь.
– Если так можно назвать отношение зверя к своему обеду. – Отшутилась девушка, однако лицо ее оставалось серьезным.
«Перестань», – парень покачал головой и попытался поднять руку, чтобы дотронуться до ее лица, – «не порть мне самый прекрасный миг в моей жизни!»
– Какой именно: тот, где я тебя едва не убила или тот, когда тебя истыкали иглами и подключили к этим пикающим штуковинам?
– Еще надо внести в список посещение Фреда и лекцию от Эйнара.
При упоминании имени Эйнара девушка заметно помрачнела
– Что между вами происходит? – От Кая не укрылось ее состояние. – От вас просто искры летели, когда смотрели друг на друга.
– То, что ты признался мне в любви, еще не дает тебе права ревновать меня и вмешиваться в мою жизнь. – Разозлилась девушка, оттолкнув его от себя.
– А я думал, что то, что я спас тебе жизнь, отдав свою взамен – дает мне право на многое. – Отозвался Кай, стремительно сокращая расстояние между ними.
– Что ты хочешь взамен? – Ее руки обвились вокруг его шеи, дыхание щекотало кожу.
– Сложный вопрос, – Кай сделал вид, что задумался, тем временем притягивая девушку за талию к себе поближе, – для начала хватило бы простого «я тебя люблю», как считаешь?
– Люблю. – Выдохнула она.
Кай перестал дышать, воздуха больше не хватало, чтоб сделать хотя бы еще одну попытку вдохнуть. Ему послышалось. Он был почти уверен, что это всего лишь слуховые галлюцинации. Его рука дрогнула и потянулась к лицу девушки. Парень робко прикоснулся ко лбу Джинн, затем его пальцы скользнули по гладкой, как мрамор щеке и замерли на губах, вдруг он отдёрнул ладонь, словно от горячего пламени.
– Повтори, – прошептал он, – умоляю, повтори, что ты только что сказала. Я должен убедиться, что мне не послышалось. – Джинн молчала, задумчиво глядя на него. Парень сжал ее плечи и слегка встряхнул. – Скажи это, Джинн! – Уже требовал Кай.
– Я люблю тебя, но это не…
Довольная улыбка скользнула по его губам и, прежде чем Джинн успела закончить свой монолог, Кай наклонился и чуть прикоснулся к ее приоткрытым губам своими губами.
– Можешь хоть раз помолчать? – Джинн хотела, что-то сказать, но его губы не позволили произнести ей ни слова.
Его губы нежно, почти неощутимо скользили по ее губам. Это было похоже на вопрос, непроизнесенный вслух, словно своим действием он пытался дать ей шанс отстраниться, остановить его или поощрить на нечто большее. И она сдалась, на миг потеряв способность мыслить трезво. Тихо застонав, девушка обвила Кая руками за шею и начала целовать со всей страстью, на которую была способна.
Не чувствуя ничего, кроме обнимающих ее рук и того безумного ощущения, которое ей дарили его губы, Джинн смутно понимала, что происходит на самом деле. Но она так и не смогла стряхнуть с себя странное оцепенение до тех пор, пока ощутила неистовое биение его сердца. Девушка открыла глаза и неожиданно испытала приступ панического страха. В свете лампы его лицо казалось одержимым страстью и совершенно незнакомым.
– Кай, не надо, – она положила ему руки на грудь и немного оттолкнула, – мы не должны...
Его глаза вспыхнули знакомым ей алым светом, на губах появилась грустная улыбка.
– Если для тебя это игра, то лучше закончим ее прямо сейчас.
– Нет, не игра, но все гораздо серьезнее, что ты себе представляешь…
– На большее я даже не рассчитывал, – мечтательно произнес парень, еще крепче прижимая девушку к себе, не давая ей высвободиться из его объятий. Если серьезность твоих намерений означает предложение руки и сердца…
– А также печени, почек и всего прочего ливера, – возмущенно перебила его Джинн, пытаясь сохранить хоть какую-то дистанцию между ними, – опять твои шуточки.
«Я даже не знал, что любовь такая…», – продолжал тем временем Кай, не обращая внимания на ее колкости.
– Какая же, красавчик? – Она склонила голову на бок и улыбнулась.
– Удивительная… – Осипшим голосом вслух произнес Кай. – Мне кажется, будто я не хожу по земле, а летаю среди… звезд. Молчи! – Торопливо сказал он, увидев, что Джинн открыла рот, чтобы что-то сказать. – Я и сам могу испортить такой момент.
– Испортить?
– Я чувствую, что со мной что-то не так, – неуверенно прошептал парень, зарываясь носом в шелковистые волосы Джинн, пытаясь навсегда запомнить ее аромат, – все мои чувства почему то обострились в тысячу раз, я ощущаю все запахи вокруг меня гораздо ярче, сильнее чем когда бы то ни было. А эти голоса… Они сводят меня с ума. И красный огонь…
Упоминание об огне, заставило девушку похолодеть. Она вспомнила о том, как всполохнули глаза парня в момент его пробуждения, и это поселило в ее сердце тень сомнения.
– Есть что-то еще? Кроме огня. Может что-то необычное, что запомнилось тебе больше всего…
– Птицы. Мне снились огромные птицы с яркими светящимися перьями. У них были необычные красные глаза и их голоса… Они словно внутри меня, зовут меня к себе…
– Когда это все началось?
– Не могу точно сказать, все словно размыто. Я помню Эйнара, затем какую-то темноту и вспыхнувший огонь.
Девушка поморщилась, словно слова Кая причинили ей боль и мягко, но настойчиво оттолкнула его. Кай послушно отошел в сторону, недоуменно глядя на нее. Она обошла вокруг него и, прикоснувшись к своему подбородку, слегка постукивала по нему от волнения пальцами.
– Как зовут твоего отца? – Наконец нарушила молчание Джинн.
– Йонас Найтли, а причем тут это?
– Ты уверен, что он твой настоящий отец? Тебя не усыновили?
– Я не понимаю, куда ты клонишь. Да, он, возможно, не был самым лучшим отцом, но я уверен в том, что меня не усыновили. А что за странные расспросы? Это как-то относится к тому, что я тебе рассказал?
– Я не уверена, но мне кажется, что…
Раздавшаяся трель телефона, не дала девушке закончить свою речь. Она достала из телефона трубку, купленную в бутике возле гостиницы и с раздражением посмотрела на высветившийся на экране номер.
– Владиус? – Простонала она. – Ты как всегда не вовремя. Что случилось?
– Джинн, – пророкотал в трубке раскатистый голос. Девушке показалось, его было слышно не только в палате, но и по всей больнице, – Джинн, я уже все знаю. Ты же не будешь отрицать, что то, что я видел в своем недавнем видении – это ложь?
– Для начала можешь мне рассказать, что именно ты видел, а я подумаю, – с сарказмом в голосе произнесла девушка, – но если ты о Дейджере, то все было под контролем. Почти, – неуверенно добавила она.
– Нет, я не об этом… Хотя об этом я с тобой тоже поговорю при встрече. Я о другом. – Голос отца выражал неподдельное беспокойство и тревогу. – Тебе нужно как можно скорее убираться оттуда.
– Почему? Что происходит?
– Я все тебе объясню дома. Поверь, так будет лучше. Ты должна немедленно покинуть его?
– Кого? О ком ты говоришь?
– Он перерождается. Это опасно…
– Отец, – умоляюще прошептала Джинн, оглянувшись на Кая если мои предположения верны, то я только что…
– Я знал, что ты не будешь слушать, – перебил ее Владиус, – я уже обо всем позаботился! Я отправил к тебе Десмонда. Он скоро будет
– Нет! – Пронзительный голос Джинн эхом пронесся по палате. – Зачем ты это сделал? Я надеюсь, ты хоть не сказал ему, где меня искать? – Услышав в трубке подозрительное сопение, девушка выругалась и прошипела,– ну спасибо тебе родной! Век не забуду твоей заботы! И что прикажешь мне с ним делать? Устроить ему экскурсию по городу? Имей в виду, если он опять будет лезть ко мне со своими приставаниями, то забудет когда в последний раз завтракал, так как будет носить свои клыки в кармане.
Она со злостью швырнула телефон в угол комнаты и снова выругалась.
– Не хотел бы я оказаться на месте этого Десмонда. – Усмехнулся Кай, проследив за полетом телефона. Он подошел к девушке и без предупреждения сграбастал ее в охапку. – А чем он тебе так насолил?
– Да ничем особенным, – Джинн затихла в его объятиях, – замуж звал да так настойчиво, что даже пули в живот не убедили его в серьезности моего отказа.
Кай резко выпустил девушка и отвернулся к окну.
– Выходишь замуж, значит? И как я могу соперничать с вампиром?
– Ты меня не слушал. Не нужно ни с кем соперничать.
Она подошла к парню и умоляюще дотронулась до его руки. Кай не отреагировал, лишь небрежно пожал плечами.
Резкий грохот двери заставил их обернуться. Джинн инстинктивно заслонила собой Кая, нащупывая рукой пистолет.
– Как трогательно! До чего ты опустилась, Молния. – Стальной голос стоящего в дверях темноволосого мужчины сочился ядом. – Играешь с едой… Кстати что это рядом с тобой?
Из горла вампирши вырвался утробный рык, глаза сверкнули синевой, лицо побелело.
Кай с любопытством рассматривал незнакомца: его глаза выражали только холод, арктический лед. Темного цвета, чернее ночи, немного прищуренные, в них не было даже намека на улыбку. Да и весь его вид говорил о властности и жестокости
– Десмонд, какого лешего ты здесь делаешь? – Угрожающе прошипела Джинн, не сводя с него прищуренных глаз. – Тебя не учили стучаться?
– Ой, прости, забыл, – ухмыльнулся Десмонд и постучал по косяку распахнутой настежь двери. – Тут-тук, можно? Похоже, ты не очень рада меня видеть.
– Твоя догадливость просто поражает, – не осталась в долгу Джинн, – убирайся отсюда!
– А иначе что?
«Молния?» – Кай вопросительно посмотрел на девушку.
«Всего лишь прозвище» – Отмахнулась в ответ та.
– Иначе? Лучше тебе не знать. Не советую идти против воли Владиуса.
– Забавно это слышать от тебя. Пальцев на руках не хватит, чтобы пересчитать все твои грешки, о которых отец, кстати, не знает.
Кай внимательно следил за диалогом двух вампиров, словно зритель на трибуне наблюдает, как игроки перебрасывают друг другу мяч. Взаимный обмен колкостями достиг своего апогея. Парень понял, почему Джинн такая язва и за словом в карман не лезет.
«Небось, чтоб видеть каждый день такую рожу, да еще и не дать себя в обиду нужно быть ой каким острым на язык».
– Джинн, а ты предложи своему приятелю разуться, – сдерживая смех, проговорил он, – не хватит пальцев на руках, пусть считает на ногах. Главное чтоб носки чистые были, а то неудобно будет разуваться при даме.
– Ты еще откуда такой взялся? – Рыкнул Десмонд, поворачиваясь к Каю. – А вспомнил! Я тебя видел, я же уже не первый день в этом городишке околачиваюсь… Ты тот… Как ты там сказал… неудобно произносить при даме слово… В общем видел я тебя при параде, – он захохотал, не сдерживая эмоций, – за таким толстым слоем косметики твою рожу вообще разглядеть невозможно. Кстати, а чего ты не накрашенный? Тушь закончилась?
– Это сценический грим,– нравоучительно произнес Кай, – ты в каком веке живешь? Эх дядя, отстал ты от жизни.
Пальцы впились в дверной косяк, превращая полированную поверхность в щепки, верхняя губа угрожающе дернулась и показались клыки. Но внезапно хватка вампира ослабла, в его взгляде мелькнуло нечто угрожающее и он с улыбкой повернулся к Джинн.
Он казался спокойным, и его поза выглядела расслабленной, но ярость, бушевавшая внутри, наполняла тело головокружительной мощью. Вампир взметнулся в воздух и приземлился прямо за спиной Джинн. Он подхватил ее за талию и резко потянул на себя, наматывая при этом волосы девушки себе на руку.
– Мы уходим, дорогая, – сквозь стиснутые клыки вырвалось сдавленное рычание,– скажи «пока» своей очередной игрушке.
Кай оказался в нескольких метрах от них, и взгляд его холодных прозрачных глаз был устремлен на Десмонда, проникая ледяными осколками под кожу вампира. Джинн вскрикнула, едва вампир потянул ее за волосы, но не от боли, ее поразило другое. Она отчаянно пыталась отыскать в любимых глазах цвета теплого меда хотя бы тень того дерзкого и веселого Кая, которого она знала. Но глаза этого существа, застывшего пред ними словно изваяние, полыхали красным пламенем ненависти, а бледные заострившиеся черты лица были похожи на маску ангела мести, который не отступит, пока сердце его врага не перестанет биться… и тогда девушка все поняла.
– Это же… перевоплощение… Но как? Ты не можешь быть им. Просто не можешь…
– Отпусти ее! – Чужим незнакомым голосом проговорил Кай. – Не можешь найти себе соперника, равного по силе? Или ты считаешь, что измываясь над беззащитной девушкой ты повышаешь свою заниженную самооценку и избавишься от комплекса неполноценности? Мой тебе совет, дедуля… не постесняюсь назвать тебя так, ведь тебе, небось, уже столько лет стукнуло, что собаки с твоего года уже поздыхали…
– Да как ты смеешь?! – Пророкотал Десмонд, отшвыривая от себя Джинн. Взгляд его обсидиановых глаз остановился на обидчике, игнорируя все остальное.
– Я вовсе не беззащитная! – Возмутилась Джинн, смерив обоих сердитым взглядом.
Но Десмонд не обратил на гневный оклик девушки внимания. Сейчас его целью был Кай. Руки вампира судорожно сжались в кулаки и шея дернулась так, будто его ударило током, по плечам и спине пробежала дрожь. Губы медленно раздвинулись, выставляя удлинившиеся клыки. Он чувствовал в себе силу и одновременно был ослаблен голодом, но предвкушение схватки придавало ему сил. Вампир искоса глянул на приоткрытый шкаф для медикаментов и губы его расплылись в улыбке. Ринувшись к дверце, висевшей на одной петле, он выхватил оттуда ремень, который использовали для фиксации тяжело больных, чтобы те не смогли лишним движением причинить себе боль.
– А что у нас здесь? Поиграем, разговорчивый мой? Или может укоротить тебе твой длинный язычок?
– Может, лучше укоротим тебе клыки? – Кай издал утробное рычание и ринулся на вампира. Воспользовавшись эффектом неожиданности, парень что есть силы заехал ему в челюсть.
Десмонд тряхнул головой, отшвырнул Джинн, прыгнувшую на них, и накинул ремень на талию Кая, прижав его руки к туловищу. Быстрым смазанным движением он завязал сзади узел, завел концы ремня вперед на уровень пояса и состряпал второй узел, на этот раз двойной. Соорудив из оставшихся концов ремня петли, он охватил спереди предплечья обеих рук Кая и на уровне пояса красовался уже третий узел. Повалив связанного как индейку парня на пол, вампир победоносно сверкнул глазами и вынул из кармана шприц.
– Знаешь что это, Молния? – Игнорируя Кая, спросил он. Десмонд придавил коленом позвоночник обездвиженного противника и поднял вещицу повыше, демонстрируя ее девушке. – Это небезызвестный тебе яд, созданный на основе крови вампира. Надеюсь, ты не проболтаешься папочке, что я снова нарушил его указ и продолжил свои эксперименты. Кстати, мы добились неплохих результатов. Здесь, – он тряхнул шприцом, рассматривая на свет его содержимое, – содержится еще кое-что, кроме крови. Если вколоть вампиру необходимую дозу, то его можно вырубить на какое-то время, ну а если переусердствовать, то и навсегда.
– Ты ненормальный! – Джинн, не веря собственным ушам, уставилась на Десмонда.
– Я бы следил за выражениями, дорогая, а то я обижусь и не расскажу тебе о том, что всего капля этой волшебной жидкости убивает лошадь. Но лошади у нас нет. Тогда испробуем ее действие на твоем дружке. Возможно, это и не убьет его, а всего лишь усыпит, а может и нет. Да какая разница?
Кай дернулся при последних словах вампира и попытался лягнуть его ногой. Десмонд со смехом пресек попытку парня освободиться и еще крепче прижал его к полу.
– Ты не сделаешь этого! – Угрожающе прошипела Джинн, приближаясь к вампиру.
– Ты плохо меня знаешь дорогая. Сделаю, еще как. Кстати, я не сильно огорчу тебя, если скажу, что эта милая вещица предназначалась тебе? Надо же мне как-то доставить блудную дочь к разбитому горем папочке? Но я найду другой способ укоротить твои коготки. – Десмонд, сверкнув глазами, посмотрел на девушку. – А ты поплатишься за свои слова, малец.
Вампир перевел взгляд на распростертого перед ним Кая и криво ухмыльнулся. Он снял колпачок с иглы и поднес шприц к руке парня. Тот смерил противника сердитым взглядом, словно обдав волной презрения и, не в силах пошевелиться, приготовился к самому худшему.
– Не смей! – В ярости вскричала Джинн, кидаясь на Десмонда, но замерла, когда он послал ей ехидную улыбку и слегка надавил на поршень шприца.
– Впервые слышу от тебя дельную мысль!
Знакомый голос с характерной медленной интонацией заставил девушку мысленно чертыхнуться.
– О нет! Опять ты! – Скривившись, простонала вампирша.
– Не опять, а снова. – Передразнивая ее тон, ответил Эйнар, выходя из тени на середину палаты.
– Я не хочу показаться невежливым, но нашли блин время устраивать тут состязания по остроумию и колкостям. – Подал вдруг голос Кай, тщетно пытающийся освободиться от ремней, которыми связал его Десмонд. – Меня тут собираются усыпить словно бездомную собаку… Эйнар, может ты перестанешь пялиться наконец на мою девушку и поможешь мне?
– Твою девушку? – Хором воскликнули оба вампира и Эйнар.
– Кажется, она удивлена, – хмыкнул Десмонд, оборачиваясь к парню, облаченному в длинный темный плащ, – а ты кто такой будешь? Гот что ли?
– Он тебе не ответит, я уже спрашивала. – Джинн не сводила взгляда с вспыхнувшего алым светом амулета на груди Эйнара. – Есть предложения? – Она вопросительно приподняла бровь, обращаясь к последнему, красноречиво указав глазами на шприц в руке Десмонда, который тот все еще прижимал в руке Кая.
– А как же, – расплылся в довольной улыбке Эйнар, – я тут мимо проходил и случайно услышал о трудностях твоей транспортировки некой девицы, которая вот уже пару дней мне как кость в горле. Я предлагаю сделку!
Эти слова, произнесенные девушкой всего каких-то полчаса назад, в устах парня прозвучали откровенной насмешкой и презрением.
– Какую еще сделку? Что может такой как ты предложить мне? – Недоуменно спросил Десмонд.
– Ты отдаешь мне этот шприц, а я отдаю тебе ее! – Тонкий аристократический палец уперся в вампиршу, наблюдающую за ним недоуменным взглядом.
Его предложение вызвало весьма противоречивые эмоции у присутствующих. Кай издал негодующий вопль, крича нечто о друзьях-предателях, которые умело втираются в доверие, а затем предают. Джинн, похолодев от нехорошего предчувствия, наблюдала за медальоном Эйнара, свет которого разгорался все ярче и нестерпимо жег ей глаза. Десмонд же издал короткий смешок, прозвучавший как хрюкание.
– Я тобой восхищаюсь, малец! Ты ее недооцениваешь. Как ты собираешь мне ее отдать? Не уж то думаешь, что она вот так ни с того, ни сего послушает тебя и пойдет со мной по доброй воле?
– Прекратите говорить так, как будто меня здесь нет! – прикрыв рукой воспаленные глаза, выкрикнула Джинн.
– Тебя не должен интересовать сам процесс, а всего лишь конечный результат, – надменно проговорил Эйнар, игнорируя Джинн. Он вопросительно посмотрел на Десмона, ожидая его ответа, – мое предложение действует ровно три минуты. Затем я меняю тактику.
– Деловой какой, – насмешливо произнес Десмонд, – но я, пожалуй, соглашусь, любопытства ради.
Эйнар безразлично пожал плечами, снимая с шеи медальон. Разумом Джинн понимала, что она возможно и справится с атакующей силой амулета-покровителя ночного охотника, но это сильно ослабит ее силы, и тогда Десмонду ничего не будет стоить скрутить ее как котенка. Однако тело ее, не раздумывая, бросилось на противника, с тигриной легкостью сокращая расстояние между ними. Однако того, что произошло в следующее мгновение, она не ожидала. Эйнар оказался не просто быстрее нее, он был неуловимым и неосязаемым в одно время. Казалось, он без особых усилий отклонился в сторону и Джинн отлетела к стене, отброшенная встречным ударом. Вампирша зарычала от ярости и всего секунду помедлила, прежде чем подняться, но Эйнару хватило этого с лихвой. Он тут же оказался рядом и одним четким ударом ладони оглушил девушку. Ей показалось, будто на голову обрушилась бетонная плита. Все перед глазами поплыло от боли. Она понимала, что уже проиграла. Отвращение к собственной беспомощности накатило на нее тошнотворной волной.
– Ну так как… сделка все еще в силе? – Эйнар, не выпуская из рук бесчувственно повисшую на нем девушку, подошел к застывшему Десмонду и выхватил шприц из его онемевших пальцев.
Вампир и не думал сопротивляться. Он молча смотрел, как небольшая игла пронзает нежную кожу Джинн. Эйнар, не колеблясь, ввел ей половину шприца и поднял глаза на вампира.
– Чего тебе? – Опомнившись, подал голос Десмонд.
– Лапы свои убери! – Мрачным голосом потребовал парень, кивком головы показывая на ногу вампира, которой он все еще прижимал Кая к полу.
Десмонд хмыкнул и, поднявшись, резким движением отряхнул брюки. Пихнув на последок ногой Кая, он закинул девушку на плечо и молча, не проронив ни слова, покинул палату.


@темы: Отблески полуночи, вампиры, фентези

   

Фэнтэзи-рассказы

главная