Примечание автора: Рассказ переплетается со вселенной мира Dragon Age.

Мира споткнулась о высоко выпирающий из-под земли корень и очнулась от глубокой задумчивости. Почувствовав лёгкую дезориентацию, она огляделась. Вокруг были всё те же дремучие заросли леса Бресилеан, по которому они блуждали уже несколько дней в поисках клана долийских эльфов. Их помощь была необходима в борьбе с Мором, и древние договоры Серых Стражей, лежащие в седельной сумке в лагере, позволяли надеяться на благополучный исход переговоров.
Однако задача, на первый взгляд простая, уже отняла у них уйму времени, нервов и несколько клочков волос и одежды.
- Треклятово нажье отродье! – раздался сзади разъярённый рёв Огрена. – Остроухие сосунки! Да они нарочно под каждым кустом дерьмо разбросали!
- Опять вляпался? – невинным голосом поинтересовался идущий рядом Алистер. Искреннего сочувствия в голосе у него, надо признать, не получилось.
- Не думаю, что от твоих ног стало теперь пахнуть хуже, чем обычно, мой дорогой гном, - послышался откуда-то справа из теней ехидный голос Зеврана.
- А ты не лезь к моим ногам! – тут же взъерепенился Огрен, потрясая кулаком куда-то, метра на три мимо эльфа.
- О, ну что ты, что ты, - отвечал тот сладким голосом. – Я бы даже сказал, это они ко мне лезут…
- Ну всё, хватит вам уже, - шикнула на них Мира в который раз за день. – У меня уши болят от ваших перебранок. Не удивительно, что мы эльфов найти не можем. Любое разумное существо от такого шума сбежит.
- И запаха… - добавил Зевран так, что бы Огрен не услышал.
Какое-то время шли молча. Серые Стражи – Мира и Алистер – шли вместе, внимательно оглядываясь по сторонам. Эльф по-прежнему терялся в тенях, не обгоняя и не отставая. Замыкал шествие Огрен, и занят он был лишь обнаружением новых «мин» и тем, как бы побольше веток обломать, продираясь сквозь заросли.
Мира позволила себе на минутку расслабиться. День клонился к закату, а они так и не обнаружили следов пребывания долийцев. Скоро нужно будет возвращаться в лагерь. Что ж, завтра они попробуют ещё раз.
Лёгкий вечерний ветерок прошелестел по листьям древних деревьев. Мира наслаждалась нежным шёпотом леса, мягким ковром из мха и пожухлых листьев, который приятно пружинил под ногами. Таинственная игра света и теней рождала самые невероятные образы в воображении, заставляя вглядываться в тени с опаской и, одновременно, интересом. Пробивающийся сквозь плотные кроны багрянец закатного солнца окропил зелёную листву, и это зрелище настолько захватило новоиспечённого Стража, что она удивлённо охнула, когда её неожиданно сграбастали в охапку.
- Осторожнее, сударыня, - прошептал ей на ухо Зевран.
- Эй, ты что это делаешь? – возмущённо воскликнул Алистер и поспешил к ним. – А ну немедленно отпусти её!
Но Зевран уже разжал руки и опустился на одно колено, внимательно рассматривая металлический, грубо сработанный капкан, лишь слегка прикрытый старыми листьями. Мира, зазевавшись по сторонам, чуть не угодила туда ногой.
В который раз упрекнув себя за невнимательность, она тоже склонилась над ловушкой. Подоспевший Алистер, перехватив поудобнее щит, заглянул через её плечо. Огрен догонял их, пробираясь через лес со слоновьей грацией.
Внезапно Алистер напрягся. Его взгляд остекленел, и на несколько секунд воин застыл, прислушиваясь к своим ощущениям.
- Что вы тут, обжимаетесь, пока меня нет? – Огрен догнал их наконец, о чём не преминул сообщить всей округе. Мира с Зевраном дружно зашикали на него, но было уже поздно: Алистер выхватил меч.
- Порождения тьмы, - бросил он, начиная потихоньку продвигаться влево.
Все остолбенели. Уж где-где, а в этой глуши, да ещё и по соседству с кланом долийских эльфов? Очевидно, Мор разрастался быстрее, чем они предполагали. Мира сжала кулаки. У них нет времени блуждать среди деревьев!
Теперь и она почувствовала это. Присутствие порождений тьмы застилало её внутренний обзор кроваво-красным свечением, которое мешало сосредоточиться. Поборов внутреннюю дрожь, Мира сконцентрировалась, взяла посох обеими руками и приготовилась к атаке. Скверна в крови подсказывала, что порождения тьмы стремительно приближаются, чуя Стражей, так же, как они их.
Зевран снова исчез, но Мира не переживала о том, что он мог сбежать. Во многих стычках он уже доказал, что не собирается бросать их в гуще схватки. В нужный момент он появится, что бы нанести сокрушительный удар и вновь исчезнуть, убив врага на месте либо оставляя его умирать от яда.
Огрен застыл на самом открытом пятачке земли, его воинственная поза так и кричала: «Давай, нападай, если осмелишься!»
Мира мысленно возвела вокруг себя телекинетический щит; физически почувствовала, как уплотнился воздух вокруг неё. Это даст ей фору, если вдруг проморгает атаку. И очень вовремя: только она начала читать заклинание, снимающее усталость с союзников, как из густой листвы неожиданно вылетела стрела, нацеленная именно в неё.
- НЕТ! – закричал Алистер и прыгнул к магессе. Мира лежала на земле, ей было больно, но от смертельного урона её спас так предусмотрительно возведённый барьер. Чёрная стрела с грубым оперением торчала у неё в плече, не задев жизненно важных точек.
В тот же миг из зарослей начали выскакивать порождения тьмы. Алистер не успел добраться до Миры, но, увидев, что она встаёт и, сжав зубы, выдирает стрелу из плеча, облегчённо выдохнул и приготовился атаковать. Огрен уже вовсю шинковал нечисть своим огромным боевым топором, с каждой полученной царапиной распаляясь всё больше.
Лучниками занялся Зевран. Он возникал за их спинами, и в следующее мгновение они уже захлёбывались собственной кровью. Воины сдерживали натиск гарлоков, которые со слепой кровожадностью бросались на противников. Мира стояла поодаль, игнорируя боль в плече, и плела заклинания.
Для начала она обезопасила себя, начертив перед собой руну паралича. Проверив свой телекинетический барьер, Мира вдохнула силы в Огрена, залечила раны Зеврана и сосредоточилась на атаке.
Врагов было много. Она швырялась каменными кулаками, жгла порождений тьмы огромными огненными вихрями, но магия, прежде чем достигнуть цели, словно тонула в толстой перине, теряя ощутимую часть урона.
- Ищите эмиссара! – завопила она, поняв, в чём дело. – Здесь эмиссар!
Огрен вряд ли услышал её, в его ушах сейчас наверняка шумела кровь. Несколько гарлоков, привлечённые криком, развернулись к Мире, но Алистер прыгнул им наперерез, издав нечленораздельный вопль, и они снова отвлеклись на него.
Таким образом, единственным, кто мог отреагировать на её крик, был Зевран, который к тому времени как раз расправился с генлоками-лучниками. Он метнулся в гущу кустов, и через несколько секунд оттуда послышался яростный рёв.
Однако Мира прекрасно понимала, что с эмиссаром эльфу одному не справиться. Она побежала к нему, стараясь держаться подальше от основного боя. Продравшись через кусты ежевики, не обращая внимания на боль, она с ужасом уставилась на открывшуюся картину: гарлок-эмиссар злобно ревел, одна его рука висела кровавой плетью, но второй он держал посох, а перед ним Зевран, заключённый в дробящую темницу, кричал от боли, тщетно пытаясь выбраться.
От страха Мира забыла, как дышать, да это в то мгновение и не было нужно. С быстротой молнии её пальцы начертали в воздухе руну нейтрализации магии. Она швырнула её под ноги эльфу, и тот, освободившись из сдавливающей клетки, со стоном осел на землю. Эмиссар злобно осклабился и взмахнул посохом, но Мира, ослеплённая яростью, гневно вскрикнула, собрала в ладонях обжигающе холодный энергетический пучок и направила энергию в порождение тьмы. Мороз сковал его, превратив в ледяную статую. Тут же потеряв к нему интерес, Мира подбежала к Зеврану. Он чуть дышал, кости во многих местах были сломаны. Здесь могло помочь только одно заклинание. Но Винн показала его только вчера, и Мира боялась сделать что-нибудь не так.
Понимая, что больше никак его не спасти, она опустилась на колени и сосредоточилась. В голове всплыли слова мудрой наставницы: «Целитель – это маг с особой силой, которая определяется, прежде всего, душевными качествами. Даже очень слабый маг может стать воистину великим целителем». Сейчас больше всего на свете она хотела помочь. Мира не хотела терять друзей. Серый Страж должен защищать всех!
Она произнесла формулу, сплела магический узор и решительно наполнила его энергией. Тело Зеврана засияло мягким белым светом, но Мира этого не видела – она находилась в трансе, старательно перекачивая свою энергию и превращая её в жизненную силу Зеврана. Через несколько секунд свечение погасло, и эльф открыл глаза. Мира устало улыбнулась.
- Ты позволишь мне? – спросил он, ловко поднимаясь. Она махнула рукой, мол, делай, что хочешь. Зевран неуловимой поступью вдруг оказался за спиной у ледяной глыбы, которая уже начала таять, нашёл одному ему известное слабое место и нанёс туда сокрушительный удар. Замороженный гарлок-эмиссар раскололся на мелкие кусочки и сгинул.
Но Мира этого уже не видела. Превозмогая усталость, она ковыляла туда, где оставила Огрена и Алистера. Страх снедал её. Даже понимая, что без её помощи Зевран бы неминуемо погиб, она не могла изгнать из себя липкий ледяной ужас при мысли, что потеряет Алистера… или Огрена.
Хвала Создателю, беспокоилась она напрасно. Буквально вырвавшись из жгучих объятий дикой ежевики, Мира как раз застала финальную сцену расправы над последним генлоком, устроенную Огреном. Без чего, кстати, прекрасно бы обошлась. Алистер нёсся ей навстречу, на его лице, практически не пострадавшем, была написана такая тревога, что у магессы что-то дрогнуло в груди. Увидев друг друга, они одновременно вздохнули с облегчением и неуверенно рассмеялись.
- Вы там надо мной, что ли, ржёте? – грозно спросил Огрен, вытаскивая лезвие топора из черепа гарлока.
- Ну что ты, как можно, - тут же встрял Зевран, очутившись вдруг рядом. – Кто же посмеет смеяться над Грозой Лосиных Какашек?
Огрен разразился сочными ругательствами, но Серые Стражи их уже не слушали. Они устало сели на траву.
- Я больше не чувствую порождений тьмы, - сказала Мира, прислушавшись к себе. – А ты?
- Я тоже, - ответил Алистер и внимательно её осмотрел. – Ты ранена, - печально сказал он, поднеся руку к её плечу и не решаясь дотронуться. – Почему ты не излечила себя?
- Не было времени, - честно ответила Мира. Теперь, когда он напомнил о ране, она тут же начала ныть и болеть. Магесса приложила руку к ране и направила туда поток целительной энергии. Сразу пришло то странное ощущение, когда лечишь сам себя: наполняешься силами и, одновременно, теряешь их.
За время боя солнце успело окончательно скрыться. В наступивших сумерках отряд из двух человек, эльфа и гнома отправился зализывать раны в разбитый неподалёку лагерь.


Уже давно ставшие обычаем вечерние посиделки у костра этим вечером были необычно шумными. Всё потому, что Зевран очень живописно излагал, как Мира давеча вернула ему жизнь.
- И вот, упала она на колени передо мной, нежно обвила руками…. Эй! – обиженно воскликнул он, когда небольшой, но довольно увесистый камешек попал ему в плечо. Все засмеялись, а Алистер, взвешивая в руке второй камень, ничуть не сожалеющим тоном сказал:
- Ой, прости. Это я в Косматого хотел попасть.
Мабари, лежащий у ног магессы и, одновременно, рядом с Зевраном, грозно зарычал. Мира успокаивающе потрепала его по холке.
- Я горжусь тобой, девочка моя, - сказала Винн, подсев к ней ближе. Все остальные принялись подтрунивать над Алистером и Зевраном. – Такое сильное заклятие ты смогла освоить так быстро. У тебя потрясающий дар.
Мира крепче ухватилась за кружку с горячим чаем.
- Просто у меня не было времени, что бы сомневаться, - ответила она, глядя в огонь. – Да и выбора, если честно, тоже.
- Ты уже великий целитель, - одобряюще сказала Винн. – Потому что решаешь не умом, а сердцем.
Они ещё немного поговорили о магии и о целительстве, и тут их ушей коснулся нежный перелив струн, и ласковый голос запел, негромко, но достигая самых потаённых глубин души. Лелиана пела, вселяя бодрость в уставшие от мрака и постоянных сражений сердца. Женщины улыбнулись друг другу и прикрыли глаза, наслаждаясь мелодией. Вдруг Мира почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернувшись, она увидела донельзя удивлённое лицо Алистера, который тут же отвёл глаза в сторону. Мира почувствовала, как участилось сердцебиение, и поспешно отвернулась. Винн, наблюдавшая за ними, понимающе хмыкнула и под предлогом болей в спине отошла к своей палатке.
Лелиана закончила петь, и все засобирались укладываться спать. Мира подобрала юбку, встала и устало потянулась. Жар догорающего костра приятно обволакивал лицо. Она развернулась к своей палатке, как вдруг её окликнул Алистер.
- Да? – Мира ощутила внутреннюю дрожь. Он только собрался что-то сказать, как Огрен у своего шатра проорал «Дятлы в заднице!» и разразился глумливым хохотом. Очевидно, у него был животрепещущий диалог с «Блондинкой на солнце».
Лицо Алистера вмиг стало пунцовым, и, быстро пробормотав «спокйнчи», он скрылся в своей палатке. Мира ошарашенно постояла несколько секунд, разрываясь между разочарованием и желанием расхохотаться, затем вздохнула и скрылась в своём шатре.

***
Лира нехотя приоткрыла один глаз и осмотрелась. Её комната. Проснулась…. Значит, это был сон?
Девушка с сожалением вернулась воспоминаниями в тот мир, который только что покинула. Она словно до сих пор ощущала тепло костра на своей коже, ранение в плечо, прекрасную песню своей лучшей подруги.
Лира перевернулась на бок, и взгляд упёрся в настенный календарь. Она до сих пор не понимала, зачем купила его. Все недели, месяцы сливались в один серый скучный день, пока она не садилась за компьютер. А по ночам девушка словно переносилась в тот захватывающий, головокружительный мир, из которого с таким сожалением выходила каждый вечер.
Лира села в кровати и посмотрела за окно. Серое, неприветливое утро воскресенья. Впереди – никаких планов или радужных перспектив. Тут же перед глазами пронеслись вечерние бдения у костра, ощущение силы и мощи в руках, позволяющее претворять чудеса в жизнь.
«Реальность? Серьёзно?» Лира улеглась обратно, плотно закутавшись в одеяло. «Я лучше ещё посплю…».
В тишине квартиры слышен был лишь стук часов, изредка булькало в трубах. Лира снова уснула. Сумрачный свет раннего утра прорезал коричневатый свет внезапно включившегося монитора.
«Продолжить игру?» «Да!»

Вопрос: Приятен ли слог автора?
1. Да  1  (50%)
2. Нет  1  (50%)
Всего: 2